«Сядь в тюрьму»: сбившая ребенка в Балашихе стала блондинкой, опасаясь расправы

Обвиняемая в резонансном ДТП, в котором погиб 6-летний ребёнок, Ольга Алисова 11 октября рассказала в Железнодорожном городском суде о своём прошлом и связях с криминальным миром, а также пояснила, почему пошла на кардинальные изменения своей внешности. Кроме того, подсудимая во время допроса поведала, чем закончилось проявленная ею инициатива и сотрудничество со следствием.


фото: Анастасия Гнединская

Процесс, некогда вызывавший интерес, похоже, настигло забвение: всего одна камера, пара журналистов. Большую часть в зале занимали родственники погибшего ребёнка (за процессом в зале внимательно следил дедушка мальчика) и «группа поддержки» семьи.

В самом начале заседания адвокат подсудимой попросила судью допросить свою подзащитную, которая, к слову, давно изъявлял желание давать показания и даже дважды просила об этом. Судья дал своё согласие и допрос, продлившийся до вечера, наконец начался.

Молодая блондинка, схватившись руками за прутья клетки и прислонившись к ним лицом, сначала ответила на вопросы своего адвоката. Она ещё раз, довольно бойко, пояснила, что предшествовало ДТП, какая обстановка была во дворе — в общем, все, что было сказано уже не один раз. Когда подошёл момент самых трагичных обстоятельств, голос подсудимой задрожал, ещё довольно молодой мужчина — отец погибшего ребёнка, схватился руками за седую голову, дедушка мальчика опустил взгляд.

Читайте материал: «Супердевчонка»: в суде друзья защитили автоледи, сбившую «мальчика» в Балашихе

По словам Алисовой, она до последнего не могла предположить, что все закончится так трагично.

— Ребёнок лежал головой к заднему колесу… на спине. Увидела, как повернулась его голова и пошла из рта и носа кровь…, — еле выдавила из себя Алисова.

Затем, уверяла женщина, она схватила свой телефон и сделала звонок другу.

— У меня был ступор, шок, я испугалась жутко… решила позвонит Артуру Хачатуряну, — рассказала обвиняемся. Не дозвонившись до друга, она позвонила его брату, а потом в «скорую», где женщине сообщили, что бригада уже выехала на вызов.

— На тот момент все были в шоке, все внимание было сконцентрировано на мальчике. Когда подошёл врач, все перестали дышать… Когда медики сказали, что мальчик умер, я взялась за голову, села на корточки и затем, как в кино: картинки, вспышки…, — рассказала обвиняемая, уточнив, что в таком состоянии она пребывала несколько дней.

По словам женщины, само ДТП произошло в 18.52. Через три минуты Алисова позвонила другу. Кстати, чтобы помочь следствию, женщина самостоятельно сделать распечатку своих телефонных переговоров и передала ее следователю. Тот, по словам обвиняемой, использовал эту распечатку по сути против неё: сместил время наезда на три минуты. Таким образом получилось, что Алисова разговаривала по телефону во время ЧП.

— Я не разговаривала по телефону, — ещё раз сказала обвиняемая, уточнив, что следила за обстановкой во дворе, заставленном автомобилями.

После ДТП, пояснила женщина, следователем были назначены экспертизы, в том числе и скандальное исследование, показавшее алкоголь в крови ребёнка. Впрочем о назначенных экспертизах и их результатах Алисова узнала только от представителя семьи пропевших, который сам вышел на женщину.

— Об экспертизе я узнала от Зубова. Он спросил, общалась ли я со своим адвокатом… 5 июня поступил звонок от Зубова — пришла экспертиза, что ребёнок вроде был пьян… Что за бред?!

Кстати, родственников или знакомых, которые могли бы повлиять на результаты расследования, у Алисовой как не было, так и нет. И сведения о них и «муже-криминальном авторитете» — всего лишь пустые слухи.

Как пояснила обвиняемая, сейчас она вместе с дочкой просиживает в квартире родителей своего мужа (свёкор работает в столичном метро, а у свекрови 3-я группа инвалидности), с которым она заключила брак в СИЗО в 2009 году. Муж Алисовой, как выяснилось, также не дотягивает до авторитета:

— Муж сел в 20 лет по глупости. Не думаю, что в 20 лет можно иметь какие-то серьёзные связи, — сказала Алисова.

Более того, по московским меркам уровень доходов у подсудимой более чем скромный. На основном месте работы — в офисе одного из телефонных операторов — она зарабатывала порядка 40 тысяч. Кроме того, она была вынуждена подрабатывать в такси. Дополнительные 20 тысяч рублей шли на погашение кредита за машину, передачки мужу и репетиторов дочери.

Также по словам обвиняемой, после огласки в СМИ и обнародования экспертизы, началась самая настоящая травля: ей звонили с угрозами, писали смс, приходили на работу и домой.

— Нами заинтересовались СМИ, стали говорить, что я купила экспертизу… Меня начали узнавать в магазинах, прошу продать хлеб или молоко — на меня смотрят. Пять человек пройдут, трое обернутся, — рассказала женщина, уточнив, что ей пришлось остричь волосы и перекраситься в блондинку.

Довольно жёстко, несмотря на то, что женщина неоднократно просила прощения, общались с ней и родственники погибшего ребёнка. На единственной встрече с отцом мальчика, например, ей положили «сесть».

«Оля, сядь в тюрьму, так будет легче тебе и нам»,- процитировала слова отца мальчика Алисова, уточнив, что от предложения отказалась.

— Я сказала, что сама в тюрьму не пойду — у меня есть инстинкт самосохранения. Но если меня суд осудит, я отсижу, — сказала она.

По теме: Отец «пьяного» мальчика требует 10 миллионов рублей моральной компенсации

Женщина также рассказала, что согласна с тем, что ее автомобиль наехал на ребёнка и причинил вред его здоровью. При этом, подсудимая продолжила настаивать на том, что не разговаривала во время езды и скорость ее автомобиля не превышала 20 километров в час.

Вечерняя рассылка лучшего в «МК»: подпишитесь на наш Telegram-канал

Источник

Добавить комментарий

*

13 − девять =