© Damian Burzykowski/ Keystone Press Agency/Global Look Press
Учитывая, что в апреле Туск уже заявлял о возможности начала большой войны Европы и России уже «в ближайшие месяцы», это выглядит как типичный образчик свойственной некоторым (поправка: не просто некоторым) варшавским политикам паранойи. Подобной версии придерживается даже один из предшественников Туса на посту премьер-министра Польши Лешек Миллер: «Мне это ужасно надоело…Туск твердил «вот-вот», «через несколько недель» и так далее»… Сколько можно напрасно пугать народ?»
Солидаризируюсь с Лешеком Миллером: апокалипсические прогнозы о том, что в Европе вот-вот начнется «Конец света с последующим симпозиумом» (название вышедшего на экраны в 1987 году известного советского фильма режиссера Татьяны Лиозновой) ужасно надоели. Если бы не необходимость соблюдать «цензурные ограничения», я бы даже использовал совсем другой — гораздо более откровенный и простонародный — глагол. Однако одними ругательными глаголами здесь, к сожалению, не отделаешь.
Вот что дословно заявил сейчас Дональд Туск: «По оценкам спецслужб, в планах России…предусмотрены гибридные удары с использованием дронов и ракет по странам, поддерживающим Украину, в том числе по Польше. Об этих возможностях говорилось уже давно. Сегодня эта информация стала очень последовательной и, к сожалению, убедительной».
«Убедительности» такой информации, по мнению главы польского правительства, придает следующая деталь: Россия будет объяснять эти удары «случайностями». Но на самом деле их целью является «ослабление мотивации стран НАТО применять положение Североатлантического договора в случае агрессии против какой-либо из стран-членов».
Оставим все эти пассажи на совести Дональда Туска. Оставим — но при этом отметим: о возможности прямого военного столкновения России и европейских государств НАТО активно предупреждают в последнее время не только на Западе, но и на Востоке, в нашей собственной стране. И делают такие заявления не только информированные, влиятельные, но представляющие в конечном итоге только самих себя политологи вроде Сергея Караганова.
Подобные предупреждения стали в последние недели особенностью политического стиля главы российского МИДа Сергея Лаврова. 16 сентября, Екатеринбург, вступительное слово министра иностранных дел РФ на мероприятии с несколько иронично звучащим в обсуждаемом нами контексте названием «Новая архитектура мира»:
«Мы не раз говорили о том, что не собираемся нападать на Европу…. Но если Европа, которая ежедневно говорит о подготовке к войне против России, нападёт на Российскую Федерацию, то это будет уже совсем другая война. И она будет очень короткой. Надеюсь, что это предостережение услышано в европейских столицах и тех структурах, которые сейчас пытаются представлять из себя единую Европу. К такому финалу идёт вся политика, которую Запад проводит в отношении Украины, абсолютно не отходя от своей позиции, считай – ультиматума».
Иными словами, все сейчас предупреждают друг и друга и самих себя. И причина таких предупреждений кроется в особенностях нынешнего этапа гибридной войны. Никто не заинтересован в ядерной войне, после которой говорить о «новой архитектуре мира» будет уже некому. Ядерное сдерживание по-прежнему работает — пусть и со скрипом. Однако «гибридность» конфликта между Россией и Европой находится сейчас в некой не очень понятной серой зоне.
Россию не устраивает ситуация, когда Европа руками Украины наносит по ней прямые военные удары, но сама при этом «отсиживается в тылу». Европа это понимает и постоянно мечется между двумя импульсами — желанием еще сильнее надавать на Москву и страхом того, к чему потенциально может привести такое давление.
Границы между войной и миром, между тем, что считается допустимым и недопустимым в рамках гибридного конфликта постоянно размываются. И это увеличивает уровень военно й угрозы, нависшей над Европой. Трамп — очень удачно для Америки — отгреб в сторону от прямого участия в военном конфликте. Но это создает ситуацию, при которой решения критической важности, возможно, будут принимать лидеры стран второго эшелона, не привыкшие к такому уровню ответственности: Мерц, Бёрнем, Макрон или даже тот-же Туск.
Вам кажется, что я чересчур загнул? Напомню тогда, что Россия показала свою готовность уничтожать украинскую инфраструктуру прямо рядом с польской границей. Вывод: «сказки» польского премьера — это, конечно, «ложь». Но в этих «сказках» все равно содержится «намек, добрым молодцам урок». Надеюсь, что все «добрые (а также — недобрые) молодцы» хорошо его усвоят.
