«Бесчеловечно это всё»: мать погибшей от взрыва газа дочери рассказала о трагедии

Анастасия и Ксения

тестовый баннер под заглавное изображение

Взрывы газа в России происходят часто.

В сентябре 2021 года в результате взрыва обрушился подъезд жилого дома в подмосковном Ногинске. Жертв тоже семь, среди которых оказалась 21-летняя Ксения Казарова. Мама погибшей девушки на своем примере рассказала, к чему готовиться родственникам, которые потеряли близких, сколько могут длиться суды по таким делам и что остается за кадром трагедии.

Ирина Казарова оставила комментарий в саратовском чате под постом о взрыве газа в многоквартирном доме.

«Я мама девочки, которая погибла при таком же взрыве в Ногинске в 2021 году. Ксении был 21 год, ее подруге Насте — 20. Они жили на первом этаже. В их квартире рухнуло всё. Тела искали полтора дня. Достали из подвала. Теперь я читаю про все похожие случаи. Причину — газ — нам озвучили сразу. Тем не менее следствие идет уже 4 года. Судят сотрудников ЖКХ. Они протестуют. Не знаю, что было на самом деле». 

Каждый год Ирина приезжает к тому дому, который восстановили спустя год: «Жители смотрят на нас косо. Никто к нам не подходит. Все хотят забыть».

«МК» в свое время освещал взрыв газа в Ногинске. Я приезжала на место трагедии на второй день после обрушения. Помню, около дома собрался народ, но уже никто не говорил о погибших. Люди волновались за оставленные в квартирах вещи, протухшие в холодильнике продукты и размеры компенсаций. Беспокоились о пропавших котах и искали виновных. Жильцы охотно подхватили версию, что виновным мог быть погибший преподаватель российского центра подготовки спасателей на базе МЧС в Ногинске. Ох, сколько всего наговорили тогда соседи журналистам: «Единственный из всего дома, кто выпивал. Пристрастился к этому делу, когда от него жена ушла. Выглядел как старик. В одних трениках ходил и с палочкой. Каждый день бегал в магазин за бутылкой коньяка». Следователи сочли версию несостоятельной.

Как и в Ногинске, в Саратове сегодня проверяется информация о возможной причастности к инциденту одного из погибших, который якобы находился в депрессии после развода. По предварительным данным, эпицентр взрыва мог находиться в его квартире. Соседи проводят собственное расследование.

«Может, я одна такая ненормальная»

Рассказывает Ирина Казарова:

— Почти 4 года, как нет моей дочери. Все эти годы я на терапии, антидепрессантах. Время не лечит. Как оно может вылечить? Это нужно принять. Я состою в чате, где сидят матери, потерявшие своих детей. Но там больше не про пожалеть и обнять, а про выживание. Как научиться жить дальше. Психологическая помощь переходит от мамы к маме.

Источник

Добавить комментарий

*