Что было раньше
Букмекерские отчисления давно стали обязательными платежами на развитие российского спорта. Созданный в 2021 году Единый регулятор азартных игр (ЕРАИ) перечислял их напрямую федерациям и лигам. Основной принцип: чем больше ставок на определенный вид спорта, тем больше этот спорт получает отчислений. Азарт и активность болельщиков конвертировались в деньги для объединений и спортсменов.
Эффективность не заставила себя ждать. До создания ЕРАИ средства получали лишь несколько федераций, не более 2 млрд рублей в год на всех. А после, с 2021 года — общий объем начислений достиг почти 150 млрд, их получало множество организаций, в том числе паралимпийские и сурдлимпийские, притом ежеквартально.
Систему хвалили за прозрачность, но были и ограничения: популярность ставок не равна общественной значимости спорта, особенно детского. Именно справедливым перераспределением средств и усилением контроля объяснялась прошлогодняя инициатива Михаила Дегтярева — создание Российского спортивного фонда. По сути, федеральной «прокладки» между ЕРАИ и спортивными организациями.
Конкурсы, конкурсы, конкурсы…
После реформы ЕРАИ вынужден перечислять напрямую федерациям и лигам отчисления лишь со ставок на российские соревнования — это около 15% общего объема. Оставшиеся 85% от ставок на международный спорт направляются в РСФ для конкурсного распределения.
Теперь недостаточно просто развивать вид спорта, на который принимают ставки. Нужно подготовить заявку, смету, пройти отбор, заключить соглашение и отчитаться за результат. Притом даже победа в конкурсе не дает полной свободы расходов. Например, в некоторых направлениях на зарплаты сотрудников можно направить не более 10% полученной суммы.
Бюрократия будто стала «вторым лицом» реформы. Даже сам запуск фонда затянулся из-за юридических нюансов, а федерациям пришлось спешно осваивать новую механику — вплоть до поиска спецов по госзакупкам через сайты объявлений.
Спортивный календарь при этом таймаутов не предполагает. Сборы и соревнования нужно проводить, пока заявка проходит согласование. Именно этот разрыв между аппаратом и повседневной работой спорта оказался в центре президентской критики.
Деньги есть, но вы держитесь
Напомним, что подчеркнул Владимир Путин на встрече 20 октября.
«Здесь не должно быть такого, когда федерации вообще без денег сидят. Там идут процедуры, процессы, обустройство, а у федераций нет денег, которые они раньше получали», — заявил президент и отдельно напомнил: средства должны направляться на поддержку спорта, а не на «бюрократический аппарат с машинами, секретарями и так далее».
Это важно: речь не о нехватке средств. Деньги-то в систему исправно поступают, но между их сбором и получением спортивными организациями возникли помехи.
Масштаб проблемы показывают цифры. В фонд с прошлого года поступило 42,9 млрд рублей, из которых по итогам конкурсов фактически перечислено организациям лишь 16,9 млрд. И если ЕРАИ ранее не брал из денежного потока на свою работу ни копейки, то РСФ получил право расходовать полученные целевые средства на содержание доброй сотни сотрудников. В том числе упомянутых президентом секретарей.
Дегтярев проблему признал: «Была такая ситуация в начале года действительно, но фонд с колес начал работу». Из-за его затянувшегося запуска федерации на полгода лишились доходов от отчислений. По словам министра, сейчас выплаты выравниваются. Но осадок, что называется, остался.
Публичная критика от президента сделала устранение проблем вокруг РСФ важнейшей персональной задачей министра.
Владимир Путин сформулировал прежде всего жизненное требование — не оставлять федерации без привычных средств и не списывать их нехватку на обустройство новой системы.
Проверять результат, вероятно, будут строго: не по числу проведенных конкурсов, а по тому, могут ли спортивные организации вовремя оплачивать свою деятельность. Ведь смысл фонда — помогать спорту.
