— Он — истинный музыкальный критик, специалист в различных жанрах, мог быть экспертом и в классической музыке, — говорит Наталья. – Но выбрал шоу-бизнес. Позже увидел, что как шоумен он и сам становится очень популярен. Сережа говорил то, что шло вразрез с общественным мнением. И это откликалось в сердцах людей. Он работал в жанре шоу-бизнеса, любил это жанр. Нашел себя в нем. Хотя он русским языком владел блестяще: мог бы писать книги, стихи, мемуары.
— То, что случилось с Сережей, всколыхнуло людей неслучайно, — продолжает Наталья. — Такие истинные понятия, как интеллигентность, культура речи, индивидуальность, самостоятельность мышления, смелость, отзывчивость, — эти чувства совершенно неожиданно стали понятны очень многим людям. А ведь они были утеряны в суете этой жизни за последние годы. Умер Сережа, и все оценили, что потеряли.
Штурм не скрывает: она переживала перед тем, как пойти проститься с другом. Но увиденное ее впечатлило.
— Он лежал очень красивый: словно бескровный, благородный принц! – продолжает певица. – Как живой! Когда я подошла прощаться, думала, что он сейчас встанет и скажет: «Как вас много, это для меня неожиданно, я смущен. Но мне приятно. Спасибо! Я и представить не мог, что вы меня так любите все!» Приблизительно так бы он сказал.
— Сережка был бы доволен тем, как с ним простились. Вначале бы он, конечно, сказал: «Зачем это все?» А потом бы подумал и дополнил: «А что? Я это заслужил!» Так высокопарно сказал бы, по-актерски – так бы сказал, как мог именно он. Мне понравилось очень, как все было организовано, если можно так сказать про похороны. Все продумали до мелочей. Вплоть до того, что у могилы нам выдали салфетки после того, как мы бросили горсть земли.
