«Ему надоела ложь»: Чарльз Спенсер вскрыл старые раны королевской семьи

© Birdie Thompson/ AdMedia/Global Look Press

Граф Чарльз Спенсер был семнадцатилетним подростком, когда его двадцатилетняя сестра вышла замуж за наследника британского престола. Ему исполнилось тридцать два, когда пришлось произносить речь над гробом принцессы Дианы, заставившую толпу за стенами Вестминстерского аббатства взорваться аплодисментами, а королевскую семью — нервно переглянуться. Сегодня ему шестьдесят два, за плечами — четыре брака, семеро детей, десять лет работы на американском телевидении, полдюжины исторических бестселлеров и репутация человека, который никогда не боялся идти против всех.

Девятый граф Спенсер Чарльз родился в семье, чья связь с короной насчитывала столетия, ведь покойная королева Елизавета II была его крёстной матерью. Он изучал историю в Оксфорде, жил в поместье Олторп, которое вот уже пять веков остается родовым гнездом семьи.

На протяжении почти трёх десятилетий он оставался хранителем памяти женщины, чью жизнь и смерть превратили в глобальный миф.  И вот он решил заговорить. Его новая книга про принцессу Диану вызвала беспрецедентно резкую реакцию Букингемского дворца и вновь вскрыла раны, которые, казалось, уже начали затягиваться. Спенсер, однако, настаивает: он написал эту книгу не ради сенсации. Он сделал это из чувства долга очевидца — человека, который видел всё своими глазами и больше не может молчать, наблюдая, как другие искажают память о его сестре.

Реакция дворца: «Боль затуманивает память»

Букингемский дворец редко реагирует на книги о королевской семье. Обычно там предпочитают хранить величественное молчание. Но на этот раз реакция была иной. Заявление, опубликованное до выхода книги, прозвучало не просто как опровержение, а как предупреждение: «Боль горя может затуманить разум, повлиять на суждения и изменить память так, что другие этого не осознают даже спустя много лет после такой потери».

Дворец не стал напрямую называть Спенсера лжецом — это было бы слишком грубо, слишком по-человечески. Вместо этого он поставил под сомнение саму природу его воспоминаний. Горе, дескать, искажает восприятие, к тому же и время стирает детали. Человек, потерявший сестру, может искренне верить в то, чего не было.

Спенсер воспринял это заявление как удар ниже пояса. В интервью он признался, что был «действительно шокирован» и расценил слова дворца как «снисходительные и не совсем честные». По его мнению, это была попытка сказать, что он лжёт, не произнося этого прямо. И всё же он остался при своём: «Я могу сказать вам здесь и сейчас, что это именно те слова, которые он сказал».

В чём же суть обвинений, вызвавших такую бурю? Их несколько, и каждое из них по-своему разрушительно.

Первое и, пожалуй, самое громкое: Спенсер утверждает, что в телефонном разговоре вскоре после смерти Дианы тогдашний принц Чарльз казался «легкомысленно восторженным, как победитель лотереи». Более того, по словам графа, Чарльз якобы произнёс фразу, которая врезалась ему в память: «Будьте уверены, мы скоро её забудем». Спенсер настаивает, что это было сказано «с лёгким шипением», и что он до сих пор не может поверить в услышанное.

Второе обвинение касается похорон. Спенсер пишет, что выступал против того, чтобы пятнадцатилетний Уильям и двенадцатилетний Гарри шли за гробом матери. По его мнению, это было «варварством», и он подчеркнул Чарльзу, что Диана не хотела бы этого. В ответ, как утверждает граф, принц «взорвался» и прошипел ту самую фразу о забвении. Спенсер также намекает, что мальчиков заставили идти за гробом, чтобы защитить Чарльза от возможных оскорблений толпы — и что ему, Спенсеру, «солгали», сказав, что дети сами этого хотят.

Третье обвинение таково: Спенсер утверждает, что Чарльз в какой-то момент хотел, чтобы королева Елизавета II отреклась от престола в его пользу. Он также приводит историю, якобы рассказанную самой королевой: «Не волнуйся, он всегда на что-то обижается — он даже обиделся, когда я научила его алфавиту».

И, наконец, четвёртое: Спенсер описывает, как Диана планировала переехать в Южную Африку со своим возлюбленным, кардиохирургом Хаснатом Ханом, чтобы сбежать от «раздражительного» бывшего мужа. Она даже говорила с доктором Кристианом Барнардом о возможности трудоустройства Хана в Кейптауне. Этим планам не суждено было сбыться: Диана и Хан расстались летом 1997 года, за несколько недель до её гибели.

Чтобы понять, почему эти обвинения вызывают такой резонанс, нужно вспомнить, что Диана была не просто принцессой. Она была глобальной иконой, женщиной, которую любили миллионы, и чья смерть стала моментом коллективной травмы для Великобритании и всего мира. Её брак с Чарльзом, начавшийся как сказка в 1981 году, превратился в публичный кошмар. Оба супруга использовали средства массовой информации друг против друга. Интервью Дианы Мартину Баширу в 1995 году, где она произнесла знаменитую фразу «нас было трое в этом браке», стало поворотным моментом. Развод в 1996 году, гибель в Париже в 1997 году, похороны, за которыми наблюдали два миллиарда человек — всё это сделало историю Дианы одной из самых драматичных саг XX века.

Критики отмечают, что в книге почти нет цитат из дневников Дианы или её писем. Есть только воспоминания самого Спенсера — субъективные, эмоциональные, порой противоречивые. 

Снова Принц Гарри 

Одна из самых деликатных тем книги — отношения Спенсера с его племянниками, особенно с принцем Гарри. Спенсер рассказывает, что предупреждал Гарри не торопиться с женитьбой на Меган Маркл. По словам королевского биографа Тома Бауэра, Спенсер советовал племяннику «сбавить обороты» и хорошо подумать, прежде чем делать предложение. Гарри, как утверждается, резко отреагировал на этот совет. Спенсер также говорит, что тёти Гарри, леди Сара Маккоркодейл и леди Джейн Феллоуз, не увидели сходства между Меган и Дианой, на которое надеялся принц. 

Граф в интервью признаётся, что иногда задаётся вопросом, не связаны ли нынешние трудности Гарри с его семьёй и прессой с той травмой, которую он пережил в детстве. 

«Он был так молод, — говорит граф. — И я просто задаюсь вопросом, помогло бы ему тогда более мягкое и понимающее отношение к его горю».

Что за пределами книги?

Источники, близкие к дворцу, рассказывает, что король Карл III «опустошён» обвинениями: «Все во дворце просто вне себя от того, что брат Дианы опубликовал такую ложь. Он не узнаёт человека, которого изображает Чарльз Спенсер».

По словам этих источников, смерть Дианы была для Чарльза тяжелейшим периодом, который поверг его в депрессию на долгие годы. «Только самые близкие ему люди знают, насколько тяжёлым было то время». Однако дворец, похоже, не намерен ввязываться в длительную публичную борьбу. 

«Есть ощущение, что спор был фактически выигран без необходимости говорить что-либо ещё», — считает источник. Стратегия короля и принца Уильяма, по-видимому, состоит в том, чтобы продолжать заниматься своими делами, не реагируя на каждое обвинение. Реагировать — значит придавать книге дополнительный вес.

Есть горькая ирония в том, что книга, которая должна была стать «окончательной историей» Дианы, стала ещё одним эпизодом в бесконечной саге о том, кто виноват и кто прав. Вместо того чтобы поставить точку, Спенсер добавил многоточие. 

Мыльная опера вокруг Дианы 

Специально для «МК» автор биографии принцессы Дианы Виктория Балашова прокомментировала слова Карла III: по его мнению, вся эта история с Дианой — затянувшаяся мыльная опера, которая многим уже надоела. Эксперт поясняет, что он говорит так не в плохом смысле о бывшей супруге, а в том смысле, что все эти инсинуации уже надоели. 

«Не сама память о Диане, а то, что надоели все досужие сплетни и домыслы. Конечно, надо учитывать разные причины, по которым граф Спенсер мог написать эту книгу. В том числе, и «ради денег». У него сейчас четвёртый брак, он платит алименты предыдущим семьям. То есть нам не стоит скатываться в попытку сплетничать и предполагать, ради денег он это написал или не ради денег. Но в любом случае, конечно, всплеск интереса к этой книге может быть. Посмотрим, как она будет продаваться. На самом деле, в чём-то Чарльз прав. Возможно, не такой уже будет всплеск интереса к этой книге, как многие годы назад. Скорее всего, нет», — рассказывает эксперт.

Источник

Добавить комментарий

*