
Фото: создано с помощью нейросети chat.qwen.ai/Ольга Пономарева
Отдельные эксперты, напомним, посчитали начало беспрерывных атак сразу после визита едва ли не ответом на возможные предложения американского визитера. Поскольку, по одной из версий, широко разошедшейся в западных СМИ, Рэтклифф приехал уговаривать Москву пойти на мирное соглашение, пока еще не поздно: якобы положение России ухудшается. И наши удары стали ответной демонстрацией наших возможностей.
Однако Юрий Кнутов считает, что прямой связи между визитом главы ЦРК и началом массированных беспрерывных ударов нет. Это скорее показывает, что визит Рэтклиффа в Кремле просто «приняли к сведению» и продолжили действовать по ранее намеченному плану боевой работы.
— Чтобы работать беспилотниками и ракетами пять суток, надо иметь запасы, а для этого нужно длительное время их накопления и это не одна неделя, — говорит Кнутов. — Для этих ударов мы создавали запасы, планировали, что будем интенсивно бить.
Сейчас на Украине это называют так: «Россия закрыла небо над Киевом». Мы работаем каждый день по одной простой причине: если мы сделаем перерыв, они успеют вывезти оборудование с заводов, которые мы повредили.
Грубо говоря, часть оборудования на военном заводе мы вывели из строя, а часть осталась целой. И как только мы прекращаем наносить удары, оборудование эвакуируют в другое место. А так, сегодня мы развалили один цех, завтра — второй, послезавтра — третий, пока этот завод не сотрём в пыль.
Основной смысл этих ударов — не дать вывезти оборудование, то есть наша цель — вывести из строя полностью все эти предприятия, связанные с производством беспилотников, крылатых ракет.
В своё время Зеленский собрал все это именно в Киеве и рядом со столицей, прикрыв этот район максимальной группировкой ПВО. Своим западным партнерам он сказал, что ему надо защищать киевлян и разместил там мощную систему зенитных комплексов. И таким образом живым щитом — населением Киева — он прикрыл военно-промышленный комплекс Украины. Сейчас зенитные ракеты у ВСУ закончились и ВПК, сконцентрированный в одном месте, оказался голым.
