С формальной точки зрения Григорий Явлинский уже давно выпал из реального российского политического процесса или – в благожелательном прочтении – откатился на самую на самую его периферию. Он уже давно не занимает никаких государственных постов, не заседает в парламенте. Его публичные высказывании и программные статьи не становятся событиями общенационального масштаба и не получают значимого публичного отклика.
Но это только «надводная часть айсберга». Попробуем теперь заглянуть «под воду»: Явлинский по-прежнему пестует главное дело своей жизни – созданную им партию. И в этой борьбе за политическое выживание «Яблока» у него есть (или до недавнего времени был) крайне важный козырь – доступ к первому лицу России. В СМИ сейчас активно упоминают о закрытой встрече Явлинского с Путиным в 2023 годах. По информации моих источников, если мы говорим о последних годах и десятилетиях, то таких встреч было гораздо больше.
Не буду пытаться домысливать и делать вид, что я знаю больше, чем я знаю на самом деле. Мне известны лишь отрывочные фрагменты. Но, судя по этим отрывочным фрагментам, Владимир Путин сохранил (или сохранял) уважение к Григорию Явлинскому и интерес к его идеям, мыслям и инициативам. У Явлинского была возможность, минуя все бюрократические препоны, оперативно выйти на президента РФ и попросить его об аудиенции.
В современных российских условиях это самый важный, самый ценный, самый дорогой и самый весовой политический ресурс. Доступ к первому лицу, доверие первого лица тянут за собой все остальное. Однако в августе 2026 года этот политический ресурс не сработал или, если использовать формулировку, которая мне представляется более точной и корректной, не захотел сработать.
Партия «Родина» проявила политическую бдительность. А Верховный Суд вынес непредвзятое судебное решение. Ничего не могу сказать про юридическую сторону вопроса. Но зато мне есть что сказать про политические последствия судебного вердикта, тем более что это не «тайны мадридского двора» и не «скандалы, интриги, расследования». Все лежит на поверхности и подробно проговаривается в выступлениях с высоких трибун, включая самую главную из этих трибун.
Владимир Путин последовательно заявляет: Россия намерена добиться всех целей СВО и для этого стране требуется полномасштабная национальная консолидация. Такая национальная консолидация немыслима без консолидации в парламенте. Уходящий состав Государственной Думы обеспечивал её на все 100%. Вспомним, например, как нижняя палата завершала свою работу в конце июля. Спикер Думы Вячеслав Володин вышел на трибуну и начал скандировать: «Россия! Путин! Победа!» Депутаты в зале встали с мест и активно поддержали своего председателя. После этого члены нижней парламента отправились в Кремль и услышали из уст Владимира Путина следующую оценку своей работы:
«На исторические испытания, на внешнее агрессивное давление наш многонациональный народ ответил внутренней сплочённостью. Так было всегда, и сегодня происходит именно это. И депутаты Государственной Думы полностью оправдали высокий статус народных представителей, проявили безусловную преданность Родине, компетентность и твёрдость, быстро и качественно разрабатывали и принимали сложные решения, законы, необходимые нашим бойцам и командирам, оборонным предприятиям, заводам, отечественной экономике, социальной сфере, конечно, обществу и государству».
Президент РФ особо отметил, что эти качества продемонстрировали все без исключения представленные в Думе политические силы. Все фракции были названы поименно, и все получили путинскую благодарность: «Особо отмечу сплочённость представителей разных политических сил. Так, из почти трёх тысяч принятых за эти годы законодательных актов две трети получили поддержку всех фракций». Аналогичной «сплоченности» в Кремле ждут и от следующего состава Государственной думы.
С точки зрения высшего российского руководства, в тех нынешних чрезвычайных политических обстоятельствах, в которых сейчас функционирует наша страна, это абсолютная политическая необходимость. Политическую конкуренцию между партиями при этом никто не отменял. Но вся конкуренция, все «колебания» возможны только внутри общей «генеральной линии», в рамках общего понимания национальных интересов и в рамках сформулированных президентом России целей и задач СВО.
А теперь риторический вопрос: а когда это Григорий Явлинский был готов стать частью чего-то общего? Дальше, я думаю, можно не продолжать. Все, что нужно, уже сказано.
