Напомню, одним из пунктов в списке претензий к «Яблоку» от партии «Родина» было сгенерированное с помощью ChatGPT изображение двух поездов, названное «европейским вокзалом будущего». Истцы полагали, что использование этой картинки ответчиками незаконно в силу того обстоятельства, что разработчик ChatGPT американская корпорация OpenAI запретила россиянам пользоваться своим продуктом. А значит, чтобы создать картинку с помощью этой нейронки, надо включить VPN.
Однако суд, разбираясь с этим пунктом обвинений, сделал интересные выводы, которые, по мнению юристов, способны перевернуть судебную практику и вылиться в крокодиловые слезы для всех, кто сейчас со спокойной душой пользуется плодами ИИ.
«Суд не может согласиться с доводами административного ответчика (партии «Яблоко» — прим. МК) о том, что ChatGPT является искусственным интеллектом, в связи с чем не может быть отнесен к объектам интеллектуальных прав», — говорится в решении ВС.
Далее высшая инстанция отмечает, что «ИИ – это комплекс технологический решений, позволяющий имитировать когнитивные функции человека и получать при выполнении конкретных задач результаты, сопоставимые с результатами интеллектуальной деятельности человека или превосходящие их».
В свою очередь, продолжает ВС, этот «комплекс технологических решений включает в себя информационно-коммуникационную инфраструктуру, программное обеспечение, процессы и сервисы по обработке данных и поиску решений».
Далее суд дает ссылку на статью 1225 Гражданского кодекса РФ, которая к охраняемым результатам интеллектуальной деятельности в числе прочих относит и программы для ЭВМ.
Ранее российские суды (да и многие зарубежные тоже) не признавали сам по себе результат генерации ИИ объектом авторского права. Напротив, Фемида последовательно отказывала в защите, если не доказан творческий вклад человека. На практике это означало, что в каждом конкретном деле суд мог начать дотошно разбираться в каждом конкретном промпте.
Одно из самых громких и свежих дел по ИИ-генерации в России – дело о «Джоконде с вином». Его рассматривал Пресненский суд Москвы, решение принято в начале августа, сейчас ожидается пересмотр в апелляции. Дизайнер создал через нейросеть изображения «Моны Лизы» и «Статуи Свободы» с бокалом вина, утверждая, что вносил правки в Photoshop в конце 2010-х годов, когда ИИ еще в помине не было. Иск он подал к бизнесмену, который взял картинки из сети, напечатал их на футболках и начал продавать «мерч» через маркетплейсы. Суд в иске отказал, отметив, что «дача команд для ИИ — это простые механические действия, а не творчество».
В суде китайского города Сучжоу в 2026 году рассматривалось похожее дело о «стуле-бабочке». Истица требовала защитить изображения, сгенерированные ИИ-программой, но не предоставила доказательств творческого процесса. Суд решил, что она обязана доказать свои личные интеллектуальные усилия — подбор параметров, редактирование и тому подобное. Итог – отказ в иске.
Революционность решения ВС по делу «Яблока» в том, что правообладателем ИИ-изображения признан не конкретный пользователь, который придумывал промпт для нейронки, а OpenAI как разработчик ПО. То есть картинка – охраняемый объект, но права на нее – не у дизайнера, а у корпорации.
Такая позиция рушит иллюзию спокойствия всех, кто пользуется нейросетями для создания контента. Под ударом могут оказаться как частный бизнес, блогеры и администраторы каналов и страниц в соцсетях, так и крупные СМИ.
ИИ-генерации стали спасением для медиа на фоне волны «юридического экстремизма»: редакции и журналисты годами получали массу исков от правообладателей фотографий с требованием не просто удалить картинку, но и заплатить компенсацию за ее незаконное размещение.
Самый простой пример: редакция берет некое изображение в публичном фотобанке. Иллюстрирует ею заметку на своем интернет-сайте. Спустя некоторое время (год, два – сколько угодно) фото удаляется из общедоступной базы, а так как старая публикация с этим самым снимком до сих пор висит на сайте СМИ, оно получает иск от правообладателя.
Такие тяжбы – массовое явление. Юридические услуги по представлению интересов правообладателей в судах по таким делам – прибыльной бизнес с практически стопроцентной гарантией выигрыша. Жертвами подобных атак, совершенно законных при том, становятся не только СМИ и блогеры, но и частные фирмы, государственные компании, учебные заведения.
Именно поэтому, чтобы обезопасить себя и не навлечь правового негатива, создатели контента массово отказываются от использования «живых» фото, заменяя их сгенерированными с помощью ИИ картинками. Ведь они, как все полагали, никому не принадлежат.
Теперь же вырисовывается мрачная перспектива. Если правообладателем всех созданных конкретной нейросетью изображений, музыки или текстов будет признаваться компания-разработчик программы, то каждый, кто пользуется плодами технического прогресса, рискует примерить на себя роль ответчика.
И вряд ли из огромного числа юридических фирм, которые сейчас оказывают услуги правообладателям, не найдется желающих заполучить себе такого клиента, как та же OpenAI.
